Vitamins, Supplements, Sport Nutrition & Natural Health Products, Europe

СРЫВ

Я два раза прослушал доклад неизвестного мне человека, чей голос звучал с аудиокассеты. Мне было абсолютно всё равно, кто этот человек. Сделанные им выводы так сильно на меня повлияли, что не только отпало желание продолжать писать, но и сама жизнь показалась бессмысленной.

Мне начинала нравиться концепция Анастасии о значимости человека, о том, что каждый человек — любимое дитя Бога, что он может быть счастлив уже на земле. Необходимо только понять своё предназна­чение.

Я поверил Анастасии и поверил в возможность изменить в лучшую сторону сегодняшнюю нашу жизнь, посредством изменения образа жизни, построения новых поселений. Вся вера рухнула после услышанного с кассеты.

Дело в том, что приведённые докладчиком факты о происходивших со мной случайностях, которые, по его словам, выстраивались в закономер­ность, были достоверными. Всё так и было на самом деле, и даже больше. То, что было известно мне, но не удалось установить им.

Всё так и было, и это означало, что я просто винтик в чьих-то руках. Неважно, в чьих, — Анастасии или ещё каких-нибудь сил, энергий, — это не важно. Важно, что я, как человек, на самом деле, — ничто, меня не существует.

Существует моя легко кем-то управляемая, посредством выстраиваемых «случайностей», плоть. Хорошо, если такое управление возможно только мной. Но вполне могут быть и другие управляемые кем-то свыше люди, или может кто-то свыше управляет всем человечеством, и всё человечество является игрушкой для кого-то невидимого и не осознаваемого нашим человеческим умом.

Мне не хотелось быть чьей-то игрушкой, но факты, приводимые в докладе, неоспоримо доказывали: ты ничто, тобой управляют — и это ярко выражено, это доказывается неоспоримыми и тебе самому хорошо известными фактами.

Всё, произошедшее со мной на Кипре, нельзя отнести к плохому, скорее наоборот — к хорошему. Но не это важно! Если кто-то невидимый выстроил цепь прекрас­ных совпадений, то завтра кому-то другому невидимому взбредёт в голову выстроить другую и отнюдь не прекрасную цепь случайностей.

При этом, человек получается, как игрушка. А всё человечество? Да как я раньше не понял, что играют со всем человечеством некие силы, как дети с оловянными солдатиками?!

Когда в тайге Анастасия о Боге говорила, о сотворе­нии, передо мной словно какая-то завеса разошлась от её слов.

Впервые в жизни я представлял Бога не каким-то аморфным, непонятным, то ли существом, то ли старичком, на облачке сидящим, а Личностью, способ­ной чувствовать, переживать, мечтать и созидать.

Ощущения от её рассказа были ярче и понятнее, чем всё, что ранее мне приходилось читать или слышать на эту тему. И ещё. Когда она говорила, было хорошо на душе и менее одиноко. Значит, Он есть! Он понятен и Он действует. Он мудр и добр.

И, как подтверждение, вокруг Его творения — кедры, трава, птицы и звери. Там, в тайге, на полянке Анастасии, они все какие-то добрые, неагрессивные. А мы так привыкли к Его творениям, что вроде и не замечаем их, всё через что-то другое пытаемся о Нём судить. Через какие-то, якобы, тайные учения.

И мечемся по планете в поисках сокровенных мест, в поисках учителей, в поисках учений. Ну просто абсурд какой-то. Полное отсутствие логики. Если мы говорим о Боге, как о добром нашем Отце, то как можно предполагать, что Он станет что-то хорошее прятать от своих детей?

А Он не прятал от людей — своих детей — и не скрывал от них ничего, а Он рядом быть всегда старается. Какая же сила противостоит Ему?

Какая сила одурманила нас до такой степени, что поставили мы своим образом жизни всю планету, Им подаренную нам прекрасную Землю, под угрозу катастрофы? Какая сила играет нами?

Светятся вечерами окна наших многоэтажных домов. За каждым окном чьи-то жизни проходят. А сколько их, жизней, по-настоящему счастливых в этом мире? О морали говорим, о любви и культуре, благопри­стойным каждый выглядеть пытается. А на самом деле?

А на самом деле, по самой меньшей мере, каждый второй внешне благопристойный мужик втайне с бабами на стороне трахается. Втайне от семьи своей, внешне, якобы, благополучной. Одна из самых доходных статей в государстве нашем какая? Водка да сигареты.

Государство за монополию по их продаже всё печётся. А кто пьёт? Алкаши, что под заборами да в подъездах валяются? И они тоже, конечно же, пьют.

Но у них не так много средств, чтобы обеспечить процветание сотен заводов, производящих реки спиртного. Основными потребителями являются внешне благопристойные и респектабельные.

Мы содержим огромный штат милиции, всевозмож­ных охранных и сыскных служб. Для чего? Чтоб алкашей подбирать, дебоширов? Бред! Да их таким штатом внутренних дел всех в один день собрать можно. Борьба идёт совсем не с ними, а с внешне благопри­стойными.

Подумать только, существует целая армия спец­служб, и не сидит она без работы. Значит, существует целая армия, которая им противостоит! Значит, идёт непрекращающаяся война, и мы все на границе этих боевых действий. Мы финансируем обе противобор­ствующие армии.

Мы пытаемся улучшить техническое оснащение одной стороны — наших правоохра­нительных органов, но другая сторона тут же тоже улучшает свою оснащённость и берёт средства на своё оснащение тоже от нас. У денег всегда один источ­ник — труд людской.

И война продолжается, только на более технически оснащённом уровне. И так длится не год, не два. Тысячелетия всё это длится. И неизвестно, где начало этой войны и кто ей может положить конец. А мы в центре этих боевых действий, и ни один из нас не является нейтральным, мы все причастны к ним.

Мы все причастны к непрекращающейся войне. Кто непосредственно, кто вольно или невольно финансируя её, кто производя для неё оружие. Но ходим мы под маской благопристойности. О науке, о технике, о культуре говорим.

Мы — интенсивно развивающаяся, разумная цивили­зации — произносим с умным видом слова о научно-техническом прогрессе. А чего же у тебя вонючая вода из кранов течёт, умная цивилизация? Как ты додумалась достичь, да ещё с умным видом, такого, что воду для питья покупать нужно? И эта вода дорожает с каждым днём?

Мы не хотим снимать с себя маски благопри­стойности. Но почему? Почему неизбежно, год от года, мы так усложняем свою жизнь? Почему так неотвра­тимо движемся в какую-то зловонную яму? Движемся и не хотим в этом сами себе признаться. Почему никто не остановит это движение?

Религиозных конфессий у нас множество. Но ни одна из них это движение остановить не может. Возможно, полностью остановить не может, но всё же притормаживает его? Если так, то это уже садизм, продляющий период мучения.

Мы продолжаем считать себя умной и благопристойной цивилизацией, но почему в этой умной цивилизации у женщин пропадает желание рожать детей? И уже статистика говорит о том, что нация вымирает. Так, какие же силы делают из человека полного придурка?!

* * *

Прошла целая неделя полнейшей депрессии и апатии ко всему. Эту неделю я просто лежал на постели, почти ничего не ел. В конце недели вдруг нахлынула злость или даже ярость.

Захотелось сделать хоть что-нибудь вопреки этим силам. Неважно каким, светлым или тёмным. Лишь бы вопреки каким-то, управляющим нами... Доказать им, что человек может выйти из-под их контроля. А что можно сделать вопреки?

Если они или Анастасия с ними, хотят, чтобы я писал, то я не буду писать. Мясо нельзя есть, а я буду есть мясо, курить буду и пить. Судя по их действиям, такое им не нравится, что ж пусть попробуют воспрепятствовать. Я пил спиртное каждый день уже в течение месяца.

В со­стоянии опьянения становилось лучше, утром отрез­вление — и снова мысли разные обидные жгут. Зачем я писал? Старался быть откровенным, а стал просто смешной игрушкой непонятно в чьих руках.

Уже опьянев, по стенке я шёл к постели. И как хотелось крикнуть, да так, чтоб услышали они, мои внуки и правнуки. Услышали и поняли. Поняли! Писал я потому, что противна мне лжи маска! Другую искал дорогу!